Новости

2000 год
2000 №4 (38)
2001 №4 (42)
2001 год
2002 год
2002 №5-6 (47-48)
2003 год
2003 №6 (54)
2004 год
2004 №1 (55)
2004 №2 (56)
2004 №3 (57)
2004 №4 (58)
2004 №5 (59)
2004 №6 (60) Спецвыпуск. Ювелирная отрасль
2005 год
2005 №1 (61)
2005 №2 (62)
2005 №3 (63)
2005 №4 (64)
2005 №5 (65)
2005 №6 (66)
2006 год
2006 №1 (67)
2006 №2 (68)
2006 №3 (69)
2006 №4 (70)
2006 №5 (71)
2006 №6 (72)
2007 (73) Спецвыпуск. Юр. Институт (СПб)
2007 год
2007 №1 (74)
2007 №2 (75)
2007 №3 (76)
2007 №4 (77)
2007 №5 (78)
2007 №6 (79)
2008 год
2008 №1 (80)
2008 №2-3 (81-82)
2008 №4 (83)
2008 №5-6 (84-85)
2008 №7 (86)
2008 №8 (87)
2009 год
2009 №1 (88)
2009 №2-3 (89-90)
2009 №4 (91)
2009 №5, 6 (92, 93)
2009 №7 (94)
2009 №8 (95)
2010 год
2010 №1 (96)
2010 №2,3 (97-98)
2010 №4 (99)
2010 №5, 6 (100, 101)
2010 №7, 8 (102, 103)
2011 год
2011 №1 (104)
2011 №2, 3 (105, 106)
2011 №4 (107)
2011 №5, 6 (108, 109)
2011 №7, 8 (110, 111)
2012 год
2012 №1 (112)
2012 №2, 3 (113, 114)
2012 №4 (115)
2012 №5, 6 (116, 117)
2012 №7, 8 (118, 119)
2013 год
2013 №1 (120)
2013 №2, 3 (121, 122)
2013 №4 (123)
2013 №5, 6 (124, 125)
2013 №7, 8 (126, 127)
2014 год
2014 №1 (128)
2014 №2, 3 (129, 130)
2014 №4 (131)
2014 №5, 6 (132, 133)
2014 №7, 8 (134, 135)
2015 год
2015 №1, 2 (136-137)
2015 №3 (138)
2015 №4 (139)
2015 №5, 6 (140-141)
2015 №7, 8 (142-143)
2016 год
2016 №1, 2 (144-145)
2016 №3 (146)
2016 №4 (147)
2016 №5, 6 (148-149)
2016 №7, 8 (150-151)
2017 год
2017 №1 (152)
2017 №2-3 (153-154)
2017 №4 (155)
2017 №5-6 (156-157)
2017 №7-8 (158-159)
2018 год
2018 №1-2 (160-161)
2018 №3 (162)
2018 №4 (163)
2018 №5-6 (164-165)
2018 №7-8 (166-167)
Articles in English
Реферативные выпуски

Список авторов и статей с 1994 года (по годам)

Список авторов журнала

Книги авторов журнала

 

КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМ: ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ ВОПРОСА

[1] В современной политико-правовой литературе используются различные подходы к определению конституционализма. Первый подход, выраженный в юридических исследованиях, определяет конституционализм как государственное правление, ограниченное конституцией; второй видит в конституционализме учение о конституции, как основном законе государства и общества и их взаимоотношениях; третий подход, используемый в политологии, утверждает, что конституционализм – это политическая система, основанная на конституционных методах правления[2]. Исторический подход к выявлению истоков современного конституционализма стран развитой демократии позволяет выделять античный, средневековый и современный конституционализм. Последний получил свое развитие в период нового времени в Англии после Славной революции 1688 года, в США в ходе американской революции и принятия Конституции 1787 года, во Франции после 1789 года.
 
Страноведческий подход к эволюции конституционных учреждений может стать основой для характеристики конституционализма отдельных государств-наций. В таком случае конституционализм выступает как синоним демократического конституционного государства, окрашенный национальной спецификой, что позволяет говорить об американском или английском, французском или германском конституционализме, причем термин «конституционализм» становится применимым и к странам, где нет писаной конституции, однако реально функционирует режим конституционной демократии.
 
Наряду с изучением конституционных революций в странах, развивавшихся за пределами Западной Европы, некоторые ученые-конституционалисты предлагают для лучшего понимания либерального конституционализма исследовательскую программу в сравнительном конституционном праве. Такой программой, по их мнению, может служить сравнительный революционный конституционализм в США, Франции и Германии, способный пролить свет на сравнительное изучение конституционного права и развитие конституционных учреждений государств, которые в настоящее время считаются демократическими и конституционными одновременно. Выводы сравнительного революционного конституционализма могут оказаться важными для понимания различий между западноевропейской и восточноевропейской моделью конституционного развития.
 
Наконец, конституционное развитие стран Восточной Европы после 1989 года, включая Республику Польшу, ставит задачу переосмысления категорий либерального конституционализма применительно к постсоциалистическому и постсоветскому периоду трансформации их политических и правовых систем. Выдвигаются новые концепты постсоциалистического и постсоветского конституционализма, которые вбирают в себя как элементы конституционализма, основанного на индивидуальных правах, так и элементы коммунитарной концепции конституционализма, при которой для идентификации личности решающее значение приобретает общность. Поэтому она влияет на решение вопроса о том, какою надлежит быть справедливости[3].
 
Феномен конституционализма в различные исторические эпохи, начиная с нового времени, претерпевал изменения, модифицировался в государствах, различавшихся своим уровнем социально-экономического и политического развития. Общая динамика на европейском континенте заключалась в постепенном переходе от либерального к демократическому конституционализму, опосредующему деятельность государства с социально ориентированной рыночной экономикой. Можно утверждать, что во второй половине ХХ столетия происходила трансформация либерального конституционного государства в социальное правовое государство или социальное государство всеобщего благоденствия не только в теории, но и на практике.
 
Отмечая многозначность понятия «конституционализма», необходимо указать на тот факт, что это, прежде всего, особая право­вая идеология, направленная на предотвращение деспотизма и гаран­тирующая индивидуальные свободы, что предполагает формулирова­ние принципов, которым должна отвечать организация публичной власти. Конституционализм исторически как идеология и логически как описательная теория предшествовал созданию конституций. Он не сводим к наличию конституции, которая должна основываться на определенных принципах, способных повлечь конкретные последст­вия.
 
Как политико-правовой феномен, конституционализм лучше всего описывается посредством характеризующих  его  принципов: выборное представительство, господство права и разделение властей. Вместе с тем конституционализм может быть охарактеризован как определенная практика, соответствующая установленным принципам. Условия, в которых действует конституция, неизбежно оказывают влияние на ее легитимность. Существует определенная зависимость между общественным доверием к конституции и отношением к власти. Доверие или недоверие к власти обычно формирует соответствующее отношение к конституции и наоборот. Разумеется, эта зависимость не абсолютна. Известны случаи, когда защита конституции означала противостояние власти и превращалась в мотив поведения различных политических сил и граждан. Тем не менее, кризис легитимности политической системы не может не отразиться на легитимности конституции.
 
В борьбе за власть буржуазия – в противоположность гос­подствующему классу феодалов с его теологически ориентиро­ванной  идеологией – апеллировала, главным образом, к светским представлениям о справедливости, свободе, праве и государст­ве,  к рационалистическим концепциям естественного права, к идеям всеобщего равенства людей перед законом, к  «правам человека»;  истолкованием этих прав занимается философия, она требует, чтобы государство  было   государством,  соответст­вующим природе человека.
 
Политико-правовая мысль Нового времени видела «соответствующее природе человека государство» в виде конституционно оформленного государства. Идея разделения вла­стей в государстве, требование господства права в социально-политических отношениях или, иными словами, конституционализм в его обобщенном представлении выражали характерное для буржуазии в эпоху ее подъема и расцвета юридическое мировоззрение.
 
В борьбе буржуазных мыслителей против религиозной идео­логии и феодального строя разрабатывались основы светской доктрины государства и права, формировались бур­жуазные концепции соотношения личности и государства, прав и свобод человека и гражданина, разделения властей и господства права. До осуществления этих концепций в политико-правовой прак­тике было еще далеко, но они создавали идейно-теоретическую атмосферу будущих преобразований в духе буржуазного конституционализма и утверждения начал правового государства. При этом буржуазные мыслители в своей критике теологических политико-правовых воззрений широко использовали идеи античных авторов, в новых исторических условиях развивали их положения, продолжая ту работу, которая была начата еще Гераклитом, Платоном и Аристотелем. Гоббс, Спиноза, Гуго Гроций, а затем Руссо, Фихте, Ге­гель стали выводить естественные законы государства из разума и опыта, а не из теологии.
 
Конституционализм означает, прежде всего, сам факт нали­чия конституции и ее активного влияния на политическую жизнь страны, верховенство и определяющую роль конститу­ции (писаной или неписаной) как основного закона в системе действующего законодательства, опосредованность политиче­ских отношений конституционно-правовыми нормами, консти­туционную регламентацию государственного строя и политиче­ского режима, конституционное признание прав и свобод лич­ности, правового характера взаимоотношений гражданина и государства[4].
 
Буржу­азные представления о конституционализме разви­вались не в теоретическом вакууме. Значительное влияние на формирование теории и практики конституционализма оказали предшествующие, в том числе античные (древнегреческие и древнеримские), по­литико-правовые идеи и институты. Теоретическое обоснование раннего буржуазного конституцио­нализма происходило в обстановке борьбы про­тив королевского абсолютизма за утверждение конституционной монархии (или демократической республики), юридико-организационных (институциональных) форм ограничения монархической власти и гарантий публичных прав «третьего сословия».
 
Идеи конституционной монархии, то есть, определенным обра­зом ограниченной в своем произволе королевской власти, не­редко подкреплялись ссылками на положительный (в глазах ранних буржуазных мыслителей) опыт устройства античных го­родов-государств. На первых порах античная концепция рес­публиканизма, изображавшая государство сообществом, созданным ради достижения «общего блага» (Аристотель, Цицерон и др.), использовалась в обоснование своего рода «республикан­ской монархии» или «монархической республики»6.
 
Другой источник раннебуржуазного конституционализма образовали идеи и практика средневекового республиканизма, имевшего свои собственные памятные вехи в отстаивании фео­дальных «вольностей», удержании местной административной автономии и конкретных привилегий (классический пример — положения Великой хартии вольностей 1215 г., система само­управления отдельных городов[5]).
 
Произвол королевского деспотизма накануне ранних буржуазных революций превратил идею ограниченной (конституционной) монархии в потребность времени. На этом этапе буржуазно-демократические революции проходили своеобразную ста­дию «антиабсолютистского конституционализма», предполагаю­щего политическое устройство, при котором власть мо­нарха сдерживается рядом «уравновешивающих», «контролирующих» и «процедурно упорядочивающих» учреждений, подкрепленных авторитетом и силой закона. «Конституционалистский» этап в указанном смысле предшест­вовал установлению военно-республиканской диктатуры О. Кром­веля в Англии и якобинскому республиканизму во Франции. «Конституционно-монархические» идеи оказывали опосредованное воздействие и на буржуазно-демократический рес­публиканизм североамериканских колоний Англии в период, предшествующий принятию Декларации независимости 1776 г., и даже при разработке проекта федеральной Конституции США 1787 г.
 
Становление раннего конституционализма сопровожда­лось пересмотром взаимоотношений между церковью и госу­дарством, светской и религиозной сферами властных отноше­ний. Поскольку духовный диктат церкви поддерживался многовековой традицией, а религиозное миро­воззрение было господствующим, любое оппозиционное госу­дарству движение и порождаемые им конфликты с неизбежно­стью становились конфликтами на религиозной почве.
 
Это присуще и конфликтам, связан­ным с первыми буржуазными политическими революциями. Так, нидерландская революция XVI в. прошла под знаме­нем кальвинизма против феодально-монархического деспотизма испанских католиков-завоевателей. Иерархи «высокой» церкви Англии, тесно сросшиеся со светскими проводниками королев­ской абсолютистской политики, стали одной из главных мишеней критики во время английской буржуазной революции. При этом сугубо политические программы пресвитериан, индепендентов, левеллеров и других группировок основывались па пересмотре самой христианской доктрины. В Гер­мании же, где протестантское движение сформировалось в результате длительной борьбы европейской буржуазии про­тив феодализма, христианство было интерпретировано на основе концепции пробуржуазного индивидуализма Мартина Лютера.
 
История буржуазного конституционализма — это в пер­вую очередь история возникновения и юридического оформления представительного правления, сменяющего собой деспотизм абсолютной монархии. Представительное начало в формировании высших законодательных и исполнительных ор­ганов власти, постепенное или революционно провозглашаемое признание права граждан государства на юридическое равен­ство и защиту собственности со временем становятся у литературных выразителей интересов и правовых притязаний буржуазии высшей и идеализируемой потреб­ностью политического образа жизни. Раннебуржуазный демо­кратизм имел также и реальную почву в виде объективно су­ществующей социальной потребности.
 
Принципиальное значение в раннебуржуазных революциях имело движение за политическую свободу. Свобода рассматривалась как достояние част­ных лиц и представительных учреждений народа, обретаемое в борьбе против своеволия королевской власти, правительствен­ной бюрократии, против духовного диктата церкви, иноземного гнета. Гарантии свободы совести и убеждений, не­прикосновенности личности стали программными положениями публицистов и политиков революционной поры. К этой же группе требований и притязаний примыкало право на свободу печати, собраний и ассоциаций. Достаточно напомнить о рево­люционизирующем влиянии памфлетов Дж. Мильтона и Т. Пейна. Однако наиболее глубокое для той эпохи фило­софское и теоретическое обоснование политической свободы дано в трудах таких представителей политиче­ской мысли, как Дж. Локк и Ш. Монтескье, связавших идею свободы с принципами государственного строя, прежде всего с принципами распределения законодательной и исполнительной власти, а также (у Дж. Локка) с верховным контролем народа над своими представителями в парламенте.
 
Таким образом, история конституционализма – это политико-правовой ас­пект истории капиталистического способа производства. Когда капитализм перерастает рамки покровитель­ства феодальных монархов, обретает самостоятельную силу и жаждет свободы и самовыражения, конституционный строй становится объективной необходимостью. Не везде рубеж появления конституционализма столь резко очерчен и свя­зан с социальными потрясениями такого масштаба, как Вели­кая французская буржуазная революция. Но для большинства континентальных стран Европы характерно, что идеи и прак­тика конституционализма возникают в противовес фео­дально-монархическому строю. В Европе феодальная государственность заканчи­вала свое существование в форме абсолютизма. И именно про­тив нее выступали сторонники конституционализма, апеллируя к естественным правам человека. А в силу этого «принцип непосредственного применения Конституции относится к фундаментальным предпосылкам современного конституционализма…(это означает) издание  государственным органом конкретных актов, исходя из компетенции, принадлежащей ему на основании конституции, прямо и исключительно на основании конституционной нормы… центральным пунктом современного конституционализма является (также)… применение Конституции в судах, прежде всего в области основных прав и свобод личности… »[6].

[1] Баев Валерий Григорьевич – заведующий кафедрой конституционного и муниципального права Института права Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина, кандидат юридических наук, доцент; Ковальски Ежи Сергей Чеславович – ректор Высшей Школы Мазовецка (Варшава - Польша), кандидат политических наук, профессор.
[2] См.: Степанов И.М. Грани Российского конституционализма (ХХ век) // Конституционный строй России. – М., 1992. – Вып. 1. – С. 30–31; Государственное право буржуазных и развивающихся стран: Учебник. – М., 1989. – С. 67; Словарь иностранных слов. – М., 1984. – С. 247; Егоров С.А. Конституционализм в США: политико-правовые аспекты. – М., 1993. – С. 5–13.
[3] См.: Пройсс У. Модели конституционного развития и перемены в Восточной Европе // Полис. – 1996. – № 4. – С. 133–136.
[4] Winczorek Piotr, Prawo konstytucyjne Rzeczpospolitej Polskiej, LIBER, Warszawa 2003, str. 229.
[5] См., напр.: Левинсон К.А. Чиновники в городах Южной Германии XVI-XVII вв.: опыт исторической антропологии бюрократии. – М.: ИВИ РАН, 2000.
[6] Podstawowe problemy stosowania Konstytucji Rzeczypospolitej Polskiej – Raport końcowy z badań, red. Kazimierz Działocha, Marian Grzybowski (i.  in.), Polskie Towarzystwo Prawa Konstytucyjnego – Wyd. Sejmowe, Warszawa 2006, str. 20-21.

Сохранить как .rtf файл

Другие статьи в разделе «2008 №8 (87)»
ПОСЛАНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОМУ СОБРАНИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
15 ЛЕТ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КОНСТИТУЦИОННЫЙ ПЕРЕВОРОТ 1993 ГОДА И АМЕРИКА (ч. 1)
РАЗМЫШЛЕНИЯ О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ СОЗДАНИЯ КОНСТИТУЦИИ РОССИИ 1993 ГОДА (часть 1)
НОВЫЕ АНТИКОРРУПЦИОННЫЕ ЗАКОНОПРОЕКТЫ ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ
15-ЛЕТНИЙ ЮБИЛЕЙ МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНФОРМАЦИИ, ИНФОРМАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ И ТЕХНОЛОГИЙ
ПРАВОТВОРЧЕСТВО И ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ: Круглый стол ИГП РАН (обзор материалов - часть 3)
О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА, СВЯЗАННОГО С ОБЕСПЕЧЕНИЕМ СОЦИАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЛИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИНФОРМАЦИОННО-ЭЛЕКТРОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ
АНАЛИЗ ПРОЕКТА ФЗ «О ГОСУДАРСТВЕННОЙ МОЛОДЕЖНОЙ ПОЛИТИКЕ В РФ»
О НЕПРАВОМЕРНОСТИ ОТКАЗОВ НЕКОТОРЫХ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ФОНДОВ ОБЯЗАТЕЛЬНОГО МЕДИЦИНСКОГО СТРАХОВАНИЯ ЗАКЛЮЧАТЬ ДОГОВОРЫ ФИНАНСИРОВАНИЯ СО СТРАХОВЫМИ МЕДИЦИНСКИМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ (часть 1)
ЖИЗНЬ ДАНА НА ДОБРЫЕ ДЕЛА (часть 3)
УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ И СТАТЕЙ, ОПУБЛИКОВАННЫХ В ЖУРНАЛЕ В 2008 ГОДУ
ПАМЯТИ АКАДЕМИКА И ПРОФЕССОРА О.Е. КУТАФИНА

 
 

 

Представительная власть - XXI век: законодательство,
комментарии, проблемы. E-mail: pvlast@pvlast.ru
SpyLOG Рейтинг@Mail.ru

Создание сайта: П.М. Ермолович
При поддержке депутата Государственной Думы
Валентина Борисовича Иванова

In English
In Italian
In Chineese
   

Демократическая правовая Россия

     
Навигационное меню
Архив номеров
Реферативные выпуски
Список авторов журнала
Книги авторов журнала
Рецензии и отзывы
Перечень журналов ВАК
Поиск по статьям
Подписка на журнал
Подписка на рассылку
Награды
 
Полезная информация
Парламенты стран G8
Парламенты СНГ и Балтии
Парламенты субъектов РФ
Парламенты мира
Парламентские организации
Парламентские издания
Парламентский портал РФ
Наши партнеры
Календарь выборов
     
 
 
  №4 - 2018
 
 
  №3 - 2018
 
  №1,2 - 2018
 
 
  №7,8 - 2017
 
  №5,6 - 2017
 
 
  №4 - 2017
 
  №2,3 - 2017
 
 
  №1 - 2017
 
  №7,8 - 2016
 
 
  №5,6 - 2016
 
  №4 - 2016
 
 
  №3 - 2016
 
     
  №1,2 - 2016
 
 
  №7,8 - 2015
 
  №5,6 - 2015
 
 
  №4 - 2015
 
  №3 - 2015
 
 
  №1,2 - 2015
 
  №7,8 - 2014
 
 
  №5,6 - 2014